Чиновники задаются вопросом: не пора ли подумать о пособиях для малоимущих?
Юрий Алексеев
14.11.2016

Страховка от бедности

В трудную пору кризисов как никогда остро обнажаются нерешенные социальные проблемы.  То, что раньше старались не замечать, пряча за общие цифры отчетов, сегодня выходит на первый план. Власти вынуждены подстраховать хотя бы самых бедных и прописать социальные стандарты, позволяющие людям пережить трудные времена. 




Впервые о социальных стандартах заговорили за год до дефолта.  В апреле 1997 года правительство РФ внесло в Госдуму законопроект «О государственных минимальных социальных стандартах». Его рассмотрели в первом чтении и … решили отклонить. Через два года написали другой законопроект «О социальных стандартах в Российской Федерации», и он тоже не прошел. 

В 2009 году Комитет Госдумы по делам семьи, детей и женщин и Комиссия Общественной палаты по социальной и демографической политике  занялись разработкой законопроекта «О социальных стандартах качества жизни семей с детьми». Законодатели условно  поделили российские семьи на семнадцать типов (в США таких типов 70!). Семьи могут быть полными и неполными, с одним ребенком и двумя, многодетные, молодые, с детьми-инвалидами, с нетрудоспособными родителями и т.д. Для каждого типа должны быть предусмотрены свои стандарты самообеспечения.

Кроме того, депутаты рассмотрели вопрос о введении в законодательство юридического термина «благополучная семья». Поначалу было предложено признать благополучной семью с двумя родителями, тремя и более детьми и надлежащим качеством их воспитания. Но при обсуждении документа выяснилось, что государство, как следовало из текста законопроекта,  не берет на себя обязательства по обеспечению необходимого стандарта жизни семей и отдельных категорий граждан, а лишь выступает в роли арбитра семейного благополучия. Выходит, что на этом основании бедную семью можно признать неблагополучной и лишить родительских прав?..

Как показало исследование, проведенное Независимым институтом социальной политики, семей, соответствующих  критериям благополучия, в России наберется всего-то около 3%.

В 117 тыс. обследованных домохозяйств основной вклад в российскую рождаемость вносят первые дети во вторых браках, причем 10% малышей появляется в самых бедных семьях.

На несколько лет о социальных стандартах забыли,  и теперь вдруг снова вспомнили. Из архива достали запылившийся от времени законопроект «О минимальных государственных социальных стандартах», внесенный на рассмотрение Госдумы депутатской группой «Народный депутат» еще в 2002 году. На его основе и хотят теперь прописать универсальные стандарты благополучия. Авторы чуть было не канувшего в лету законопроекта предлагали всем, кто оказался в трудной жизненной ситуации, доказать, что их доходы не позволяют им выжить, и таким образом получить право на помощь от государства.  

Пока документ, прошедший два чтения, пылился в Госдуме, из  Бюджетного кодекса Российской Федерации (с 1 января 2005 года) исключили само понятие «минимальных государственных стандартов», а муниципалитетам разрешили руководствоваться «принципами правового государства с социально ориентированной рыночной экономикой». Таким образом, государство сняло с себя всякую ответственность за обеспечение набора социальных гарантий, до которых должны были подтянуть отстающие регионы с помощью дотаций.

Оставив регионам возможность ориентироваться на прожиточный минимум и потребительскую корзину, депутаты Госдумы проголосовали фактически за  отмену многих регулярных гарантированных федеральных социальных пособий, в том числе на детей, рост платных услуг в детсадах и школах, перевод социальных обязательств государства в разряд услуг. Все это привело к тому, что минимальные пенсии перестали обеспечивать прожиточный минимум пенсионеров, а пособия инвалидам и многодетным не покрывали даже самых  неотложных нужд. Не говоря уже о существенных диспропорциях в уровне и качестве жизни граждан с точки зрения доходов, доступности образования, медицинской помощи, ситуации на рынке труда. Основную тяжесть социальных забот перекинули из центра в регионы. В кризис ситуация особенно обострилась. 

С одной стороны, в бюджете на 2017 – 2019 гг. расходы на социальную сферу вроде бы не сокращаются, а в некоторых случаях даже растут. Однако общая прибавка настолько мала, что не покрывает инфляции, а по сравнению со скакнувшим вверх долларом не дотягивает даже до докризисного уровня. Планируемые Минфином затраты на помощь бедным не только не повышают падающий уровень жизни миллионов россиян, но и лишают их надежды на лучшее. Мало того, что материнский капитал в ближайшие  четыре года не будут индексировать, так еще и запрошенный Минздравом бюджет на реализацию приоритетных проектов с 2017 по 2025 год в сфере здравоохранения хотят сократить в 52 раза (!), да вдобавок еще урезать общие расходы на здравоохранение почти на 33%…

А что делать, разъясняют журналистам в Минфине, если ничего не урезать, то уже к концу 2018 года свести дебет с кредитом, доходы и расходы, будет невозможно. Ведь цены на нефть не побалуют нас, как прежде.

Уже в следующем году денег Резервного фонда будет не хватать и придется залезать в Фонд национального благосостояния (ФНБ), хотя изначально они зарезервированы для погашения возможного дефицита Пенсионного фонда России. Вот почему бюджет 2017–2019, по заявлению министра экономического развития  РФ Алексея Улюкаева, отличают жесткость и консерватизм, и сбалансировать его будет непросто.

Но вместо того, чтобы искать выход из ситуации, ослабить кредитную удавку, создать условия для развития производства, думать о создании 25 миллионов новых высокопроизводительных мест, как того требуют указы главы государства от 2012 года,  Минэкономразвития в своем долгосрочном прогнозе  предлагает ждать у моря погоды. Ждать, пока не изменится конъюнктура рынка и санкции не отменят. Тогда, надо полагать, и кризис рассосется, и всем будет хорошо. Но скажите на милость, как сегодня жить, где работать, растить детей простому люду, когда хотят остановить все, что  худо-бедно растет, строится, производится? Сокращение производства приведет к росту цен и налоговой нагрузке, урезанию зарплат и социальных выплат. Неужели все это позволит чиновникам утолить  бюджетный голод? 

Стоило немного поднять общероссийский прожиточный минимум пенсионера с 7161 рубля до 8803 рублей, как бюджетных денег на доплату бедным стало не хватать.

Как выяснилось, количество малоимущих пенсионеров в России уже в 2017 году превысит 4 млн и продолжит расти. К 2019 году на доплаты им бюджет будет тратить 117 млрд рублей – почти втрое больше, чем планировалось в 2016 году.

Похоже, государство, приподнимая планку выживаемости людей старшего поколения, не рассчитывало на то, что так много пожилых прозябают за чертой бедности.

Долговые обязательства регионов приближаются к критической черте – 2,5 трлн рублей. Вместе с тем Минфин в следующие три года предлагает резко сократить им объем дешевых бюджетных кредитов, заменив их на  дотации. Иными словами, вместо денег, которые надо возвращать государству, регионам предложат суммы, которые возвращать не нужно. 

Возможно, это и позволит оздоровить финансовую систему, но лишь отдельным регионам.  Муниципалитеты так и будут занимать деньги у банков под коммерческий процент, чтобы выкрутиться, поднять минимальные зарплаты и пенсии, и справиться с другими социальными выплатами.

Для сокращения бюджетного дефицита многие регионы сегодня вынуждены в массовом порядке переводить социальные выплаты на принципы нуждаемости. При этом бедная семья не может получить такое пособие, даже если среднедушевой доход на каждого члена семьи будет превосходить величину прожиточного минимума всего на пару рублей!

Но и при таком раскладе регионам не хватает денег не только  на доплату к пенсиям, но и на пособие на детей до 16 или 18 лет, которое преимущественно не превышает 500 рублей.·В Белгородской области, например,  оно и того меньше – всего 240 рублей, многодетным семьям – 360 рублей на каждого ребенка, а на детей-инвалидов – 4865 рублей. В Брянской области детский стандарт составляет 239 рублей, на детей-инвалидов – 359 рублей, одиноким матерям – 477 рублей. В Карелии выплаты на детей колеблются от 210 – до 345,8 рубля, многодетным положено 1300–1365 рублей на ребенка.·В Мурманской области начисляют по 438 рублей на каждого ребенка из многодетной малоимущей семьи. Разумеется, такие скромные суммы, которые кроме как подачками и не назовешь, не от хорошей жизни.

Авторы итогового доклада «Об основных направлениях государственной региональной политики» Совета Федерации, подготовленного  с участием органов законодательной и исполнительной власти субъектов федерации и экспертов, отмечают тяжелую ситуацию в большинстве регионов. Более половины налоговых поступлений в бюджет обеспечивают всего четыре региона – Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий АО, Москва и Санкт-Петербург.

Развивать экономику на местах не выгодно потому, что  70% доходов идет в федеральный бюджет и 30 – в региональные.

В результате многие из переданных на места полномочий ничем не обеспечены: федеральные дотации проедаются, долги растут, на развитие средств не остается.

Мы имеем перекошенную экономику, в которой валовый региональный продукт на душу населения в регионах разнится в 41 (!) раз  (в Чечне 104 тыс. рублей, в Ненецком АО – 4,25 млн). Уровень доходов населения не везде доходит до заданной отметки прожиточного минимума.  Отмечая высокую дифференциацию регионов, авторы доклада предлагают ввести единый «стандарт благополучия» для достижения, как отмечается в документе, не выживаемости, а  «неснижаемого уровня качества жизни и обеспечения граждан гарантированными государством объемом, качеством и доступностью государственных и муниципальных услуг».

На эти цели, надо полагать, и будут выделяться дотации. Все бы хорошо, только объем дотаций, которые может получить область, край или республика  по новым правилам, не может быть выше 20% от объема доходов консолидированного бюджета региона за предыдущий  год. Компенсировать недостающие средства чиновники Минфина предлагают из дополнительных источников: зачислять в региональные бюджеты часть средств от увеличения акцизов на топливо в региональные дорожные фонды и налога на прибыль. Сборы эти невелики, и больших денег  многим территориям с высокой долговой нагрузкой (а их на сегодня 33) не сулят. Регионы просто вынуждают вводить новые поборы и сборы. Только вот собирать их скоро будет не с кого. Ведь количество бедных растет так быстро, что и повышенная планка доходов не помогает сократить число нуждающихся в государственной поддержке.

Специально для «Столетия»