СТОЛЕТИЕ СО ДНЯ СМЕРТИ ГРИГОРИЯ ЕФИМОВИЧА РАСПУТИНА
   
   
   

Олег ПЛАТОНОВ

Как проходила реабилитация великого старца и кто ей мешал

   
   Заняться историей жизни Григория Ефимовича Распутина подтолкнуло меня многолетнее изучение личности Николая II и его семьи. Чем ближе я знакомился с документами, дневниками, перепиской этой семьи, тем большее недоумение вызывало у меня внушаемое нам десятилетиями стандартное представление о Распутине как об исчадии ада, человеке абсолютно аморальном и корыстном.
   Этот страшный образ не вписывался в обстановку высшей духовности, нравственности, семейного лада и согласия, в которой жила семья последнего Русского Царя. Со времени знакомства Царской семьи с Распутиным (с октября 1905 года) вплоть до своей трагической кончины Царь, царица и их дети, безусловно, любили Григория и верили в него как в Божиего человека. На убитых царице и царских детях были надеты медальоны с изображением Григория Распутина. Однажды, уже в заточении в Тобольске, Царь попросил доктора Деревенко незаметно от стражи вынести шкатулку, в которой находилось, как он выразился, «самое ценное для них». Рискуя жизнью, доктор Деревенко выполнил просьбу Царя. Передавая шкатулку Николаю Александровичу, доктор спросил (думая, что там лучшие драгоценности) о ее содержимом. «Здесь самое ценное для нас – письма Григория», – ответил Царь.
   До последней минуты царская чета верила в молитвы Григория Распутина. Из Тобольска они писали Анне Вырубовой, подруге царицы, что Россия страдает за его убийство. Никто не мог поколебать их доверие к нему, хотя все враждебные газетные статьи были им известны – их приносили Царской семье – и все старались им доказать, что Распутин – дурной человек. Не следует думать, что Царь и царица были наивными, обманутыми людьми. По обязанности своего положения они неоднократно устраивали негласные проверки достоверности полученной о нем информации и каждый раз убеждались, что все сказанное о Распутине – выдумки и клевета.
   Когда-то мне казалось, что о Распутине написано так много, что все о нем известно. Действительно, преимущественно в 20-е годы вышло большое количество книг, брошюрок, статей о нем. В поисках истины я стал читать их внимательно, стремясь найти первоисточники того или иного факта, но раз за разом попадал в какой-то заколдованный круг. В большей части публикаций были использованы одни и те же скабрезные примеры. Авторы этих материалов, почитая их за достоверные доказательства, не утруждали себя ссылкой на конкретные источники. Тогда я решил проверить эти публикации по архивным данным – изучить личный фонд Распутина и другие материалы, относящиеся к нему, хранившиеся в Государственном архиве РФ, архивах Тобольска и Тюмени.
    И любопытная картина открылась предо мной. Оказывается, ни советская, ни зарубежная либеральная историческая наука историей жизни Распутина никогда серьезно не занималась. Нет ни одной статьи, я уже не говорю о книгах, где бы жизнь Распутина рассматривалась последовательно, исторически, с критическим анализом источников. Все сочинения и статьи о Распутине являлись пересказом – только в разных комбинациях – одних и тех же исторических легенд и анекдотов (исключительно в духе революционной обличительности), большая часть которых являлась откровенным вымыслом и фальсификацией, вроде поддельных дневников Вырубовой.
   И я понял, что специально в духе «черного пиара» создавался миф о Распутине, миф, имеющий целью опоганить и дискредитировать Россию, ее крестьянское духовное народное начало, которое олицетворял собой и Распутин. Причем «невероятная злоба, пышущая со страниц бульварной распутиниады, целиком выдавала кочегаров преисподней, которые одни только имеют способность добиваться столь высокого и повсеместного накала» (Вече. 1989. № 4).
   Создание мифа носило отчетливый антирусский характер и шло в русле либеральной идеологии, для которой любые самые грязные, подлые и кровавые методы считались приемлемыми.
   Изучение архивных источников показало мне, что понимание русской общественностью этой цели мифотворцев было уже и при жизни Распутина. В газетной полемике тех лет одни рассматривали Распутина в народной традиции странничества и старчества, другие рисовали его страшным развратником, хлыстом, пьяницей. Причем справедливо отмечалось, что в печатные столбцы проникали главным образом лишь одни отрицательные мнения о Распутине, как правило, без приведения каких-либо конкретных фактов, и в бешеном и все нарастающем потоке тонули незамеченными попытки сказать о нем правду. Еврейская и либерально-масонская печать сделали все, чтобы возбудить по отношению к Распутину самую непримиримую ненависть в обществе.
    «Думаем, что мы не будем далеки от истины, – писала в 1914 году газета «Московские ведомости», – если скажем, что Распутин – “газетная легенда” и Распутин – настоящий человек из плоти и крови мало что имеют общего между собой. Распутина создала наша печать, его репутацию раздули и взмылили до того, что издали она могла казаться чем-то необычайным. Распутин стал каким-то гигантским призраком, набрасывающим на все свою тень».
   «Кому это понадобилось? – спрашивали «Московские ведомости» и отвечали: – Во-первых, нападали левые. Эти нападки носили чисто партийный характер. Распутина отождествляли с современным режимом, его именем хотели заклеймить существующий строй. Все стрелы, направленные на Распутина, на самом деле летели не в него. Он нужен был лишь для того, чтобы скомпрометировать, обесславить, замарать наше время и нашу жизнь. Его именем хотели заклеймить Россию. Понятно, что ко всем нападкам с этой стороны на Распутина можно и должно было отнестись с особой недоверчивостью. Тут наши публицисты избрали для себя самую невыгодную позицию: они прикрывались именем Распутина, как щитом. Всем было ясно, что они целят в руководителей политики, говоря о Распутине, но когда до этих писак добиралась цензура, угадывавшая их истинное намерение, они вопияли: «Вот видите, что с нами делают из-за Распутина! Вот каков наш теперешний режим!»
   Что же получалось?
   Наше общество поверило в Распутина» (Московские ведомости. 5.7.1914).
   И эта вера продолжала поддерживаться весь советский период, а с приходом к власти Горбачева и Ельцина даже усилилась. «Перестройка» дала новую жизнь антирусским силам, которые в свое время создавали этот миф и заинтересованы в его сохранении.
   Все сильнее я осознавал, что миф о Распутине следует рассматривать как специально созданное препятствие (хотя далеко не единственное) на пути понимания русских духовных, политических и национальных ценностей, и прежде всего осознания величия русской Православной Монархии. И создан он именно для того, чтобы перекрыть дорогу возвращения к этим ценностям. Чтобы, посмотрев на мифологизированного Распутина, люди в ужасе отшатывались от нашего славного и победного прошлого, стараясь забыть его и не возвращаться к нему.
   В начале 1992 года я выпустил свою первую книгу, где рассказал правду о Распутине. Первое ее издание вышло в виде специального приложения к газете «Литературная Россия» тиражом 500 тыс. экземпляров.
  




Отношение к Г.Е. Распутину митрополита
   Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна (Снычёва)

   Осенью 1992 года в Москве митрополита заинтересовала моя только что вышедшая книга о Григории Распутине. Через общих знакомых он попросил привезти ее. Я немедленно это сделал. Владыка Иоанн мне сказал, что знает мою точку зрения на Распутина и полагает, что она близка к истине. По его мнению, Распутин был «черным старцем», старцем в миру. «Его жизнь, – говорил мне митрополит, – следует тщательно изучать и документально опровергать все наветы противников Православного царства. Революция 1917 года, считал он, была проверкой веры русского народа, ее он не выдержал, за что был наказан братоубийственной бойней. Религиозный смысл революционных событий не вызывает сомнения. Дело Распутина стало поводом для расшатывания Православного царства. Враждебные силы стремились уничтожить Россию как Третий Рим, Престол Божий, а Русский Народ – как народ-Богоносец».
   «Вы правы, – говорил мне владыка Иоанн, – убийство Распутина было первым шагом к убийству Царя, как бунт против Бога, вызов Его Промыслу, богоборческий порыв сатанинских сил. Закономерно, что убийство старца Распутина совершили масоны и такой «патриот» без царя в голове, как Пуришкевич. На такие особенно грязные дела иудеи всегда бросают масонов. В 1917 году, захватив с их помощью власть государственную, масоны бросились на разрушение власти церковной, назначив масона Львова управлять Русской Церковью».
   Митрополит Иоанн благословил меня продолжать дело по реабилитации оклеветанного старца. По его совету в январе 1994 года в Московском доме ученых отец Дмитрий (Дудко), профессор Малюгин и я провели вечер, посвященный реабилитации памяти Г.Е. Распутина. Вечер проходил при полном зале и вызвал большой интерес.
   Через полтора года, 19 апреля 1995 года, по инициативе митрополита Иоанна я был приглашен на заседание Комиссии по канонизации святых Русской Церкви. Заседание состоялось в Новодевичьем монастыре и было посвящено вопросу канонизации Царской семьи. Меня попросили сделать доклад о Григории Распутине и его отношениях с Николаем II. Заседание проходило в неформальной обстановке с чаем и плюшками. Меня посадили между митрополитом Иоанном и митрополитом Ювеналием, возглавлявшим Комиссию. Доклад я делал час и еще два часа отвечал на вопросы.
   Во время этого заседания я понял, как остро стоит вопрос о канонизации Царской семьи и как много у этого шага противников среди церковных либералов и чиновников. А именно они значительнее всего были представлены в комиссии. Секретарем Комиссии, например, был о. Игнатий (Крекшин), сотрудничавший с католиками, ярый экуменист. Особенно либерально-агрессивно вели себя преподаватели Петербургской духовной академии (профессор Воронов, архимандрит Януарий и др.). Для церковных либералов Распутин был главным предлогом отказаться от канонизации Царской семьи. Фактически они ждали, что я представлю им компромат на старца Григория. Больше всего вопросов задавал митрополит Иоанн, направляя мое выступление в русло тех выводов, которые были сделаны нами во время частной беседы в 1992 году. Петербургским «академикам» это явно не нравилось, но открыто перечить владыке они не решались.
   Митрополит Иоанн, оценивая труды советских историков, клеветавших на старца Григория, подчеркивал, что они были источником не истины, а заблуждения. Поврежденный безверием взгляд на русское прошлое, сконцентрированность на зле и неумение правильно объяснить себе его происхождение и природу привели в конце концов к воплощению этого концентрированного зла в событиях так называемой перестройки и развала СССР. Продолжающаяся кампания клеветы против Распутина свидетельствует, что источник зла продолжает существовать, кочегары преисподней не прекращают свое подлое дело.
   Ниже я публикую два важных исторических документа по реабилитации Г.Е. Распутина: выступление священника Дмитрия (Дудко) на вечере в Московском доме ученых, посвященное реабилитации Распутина, а также свой доклад о Г.Е. Распутине на заседании Комиссии по канонизации святых Русской Православной Церкви.
   
   
   

ВЫСТУПЛЕНИЕ ОТЦА ДМИТРИЯ (ДУДКО)

 

   
   Даже историку-специалисту бывает трудно выделить истину из того нагромождения лжи и клеветы, подлогов и озлобленных насмешек, которые в начале ХХ века принимались за правду современниками и, как правда, передавались потомкам. Чтобы вскрыть суть этого политического явления, недостаточно знания одних только фактов и логических рассуждений, хотя они, безусловно, необходимы. Для полного понимания требуется вскрыть психологические причины того, почему в России в течение двух десятилетий нагнеталось подобие массового психоза. Главным стремлением антиправительственных кругов было желание сокрушить Самодержавие, свергнуть Православного Царя, ради чего и пускались в ход любые средства. Следуя евангельскому завету узнавать дерево по плодам, мы можем теперь наблюдать плоды деятельности того времени: развал страны, семьи, нравственных устоев – с одной стороны, с другой – святость и мудрость, уже неземная. Вот по этим плодам, по этим итогам и надо судить, кто был прав в трагическом противостоянии предреволюционных лет.
   В наше время многие люди вздыхают по России, «которую мы потеряли», и сокрушаются о том, что получили взамен. Конечно, в запоздалом прозрении не следует впадать в противоположную крайность и изображать прошлое исключительно в розовых тонах. Да, в России были недостатки, но это не мешало убеждению, что наши предки нормально жили, развивались, творили, а самое главное – хранили веру Православную, которая указывала им истинный путь. Почти все это мы утратили и очень об этом жалеем. В искреннем, непритворном покаянии мы делаем невероятные попытки восстановить истину, вновь стать достойными хранителями православных святынь.
   Долгое время последний Русский Царь носил ярлык «кровавый», хотя его обвинители не скрывали, что пролили крови гораздо больше, в том числе и кровь самого Императора, его супруги и ни в чем не повинных детей. Мы твердо уверены, что Царь наш был святой человек, и хотя клевета в его адрес звучит и поныне, все тише становятся ее звуки и все меньше она находит сторонников. Ныне уже нет необходимости, как несколько лет назад, защищать честь того, чье достоинство проявилось и на вершинах власти и – еще ярче – после низвержения, в ссылке, перед лицом мучителей. Иное дело – личность Распутина, до сих пор опутанная нитями лжи, клеветы и сомнительной полуправды. Любое слово в защиту Г.Е. Распутина-Нового встречает насмешливый гвалт. «Вы что, ополоумели? – спросят вас. – Это же был хлыст, распутник, пьяница… Даже сама фамилия говорит о нем весьма красноречиво!» – «Откуда вы это знаете?» Попытайтесь спросить у них и получите ответ: «Да это же общеизвестно!»
    А между тем об этом не все известно. Создать облик исторической личности на основе сплетен и кривотолков довольно легко, но такой прием антинаучен и по-человечески непорядочен. Заурядный пьяница и распутник не оставил бы столь заметного следа в русской истории. Он не вызвал бы на себя бешеный огонь клеветы и ненависти со стороны врагов Самодержавия, поскольку им такой Распутин был бы выгоден.
   В действительности Григорий Ефимович Распутин-Новый был необыкновенный человек, народный праведник. Возможно, кто-нибудь из читателей скептически улыбнется. Ну что ж, на это можно ответить: хорошо смеется последний! Тем, кто идет в первых рядах по пути к истине, всегда трудно. На них обрушивается шквал недоверия, даже презрения, к ним относятся как к ничтожным дилетантам, но их мужество надо приветствовать. Автор данной книги привел много убедительных фактов, против которых невозможно возразить. Хотя, конечно, найдутся оппоненты с собственными мнимыми или ложно истолкованными фактами, которые вписываются в привычные стандарты. «Что написано пером – не вырубишь топором», – добавят они при этом. В ответ мы можем спросить: а каким пером? Если сатанинским, то написанному верить никак нельзя. И Олег Платонов этому не поверил. Он искренне и непредвзято шел к истине. Помоги ему Бог! Кто читал его книги о Распутине, знает, с каким увлечением они читаются, хотя порою могут закрадываться и сомнения: слишком не похожа концепция автора на то, что мы знали и слышали о Распутине прежде. Что ж, недаром мы живем в век скептицизма, следуя принципу «Все подвергать сомнению». Он хорош для искренних искателей истины – ведь и Олег Анатольевич Платонов начал свои исследования с сомнений в истинности сложившегося стереотипа о Распутине. Отрицательно и бесперспективно лишь сомнение ради сомнения. Оно сродни гордыне и напоминает наш недавний массовый атеизм, когда насмехались над Богом, не признавая его существования и этим противореча самим себе. В результате получались глупость, безумие: невольное утверждение через отрицание. Всякий раз, когда у нас появляется сомнение, дух злобы пытается направить его в выгодную для себя сторону. Обычно люди сомневаются в лучшем, наиболее жизненно важном. Не сомневаются только во второстепенных вещах, что опутывают нас, мешая увидеть лес за деревьями. Но мы должны посмотреть вдаль. Вот тут нам на помощь придет наша вера.
   Лжецы, разрушители, пассивные скептики редко бывают способны просто по-детски верить. Верить тому, кто всей душой болел за Россию, страдал о ней, кто разделял горькую участь со своим народом, кто умел проявить сострадание и к Императору, и к самому последнему из его подданных. Не случайно Августейшее Семейство было так вежливо и благоговейно к Распутину. Сердце сердцу весть подает: своим чутким праведным сердцем они в Распутине чувствовали праведника и обращались к нему, как к праведнику. И он помогал им молитвою там, где были бессильны опытные врачи. Я имею в виду лечение Наследника. Теперь это пытаются объяснить другими причинами, благо появилось много мнимых целителей. Но уже известно немало случаев, когда их целительство, не подкрепленное христианской верою, приносило только вред.
   Распутин стоял за Православие, был сам глубоко православным и к этому призывал всех. Меня особенно поразило то, как он, будучи расстрелянным и брошенным в воду, держал пальцы сложенными в крестное знамение. Крест, как известно, означает победу над бесами. В лице Распутина я вижу весь Русский Народ – поверженный и расстрелянный, но сохранивший свою веру, даже погибая. И сим он побеждает!
   Второе, что меня поразило в Распутине, – это его религиозные записки. Так может писать только опытный в духовной жизни человек.
   Спаси Вас Господь, Олег Анатольевич, за то, что Вы не побоялись чужого людского мнения и смело раскрываете правду о Царе и о Распутине, тем самым раскрывая правду и обо всем Русском Народе! Отбросим свой скептицизм и будем с доверием читать книгу Олега Платонова. Спаси его Христос.
   

Священник Дмитрий ДУДКО
   21 января 1994 года

 

   
   
   
   

Как проходила реабилитация
   великого старца и кто ей мешал
   
   ГРИГОРИЙ РАСПУТИН И ЦЕРКОВНЫЕ ЛИБЕРАЛЫ

 

   
   В августе 2000-го, несмотря на противодействие церковных либералов, канонизация Царственных мучеников совершилась. Николай II и его семья были признаны святыми страстотерпцами. Событие это вызвало ярость у церковных либералов. Не сумев остановить канонизацию Царской семьи, они усилили клеветническую деятельность в адрес ближайшего окружения Царя, и прежде всего в адрес Григория Распутина. На Архиерейском Соборе 2004 года церковные либералы выступили с докладом, содержащим грубые выпады против великого старца Доклад стал своего рода манифестом церковных либералов.
   В нем осуждались русское самодержавие, царская власть, в недопустимой форме говорилось о царственных страстотерпцах, делался ряд некорректных выпадов в сторону всех не согласных с либеральными идеями. Доклад церковных либералов привел меня в ужас. На меня как будто повеяло ветром революции и советской безбожной власти с ее преследованиями православных подвижников и бесстыдной клеветой на них.
   

Памятный камень на родине Григория Распутина в селе Покровское

Как исследователь, много лет посвятивший изучению жизни Григория Распутина, я видел, что вся часть доклада церковных либералов, относящаяся к деятельности этого подвижника Православия, была пересказом полного набора клеветнических утверждений, созданных в 1910–1920-х годах врагами Православия и монархии для дискредитации Русского Царя и Церкви.
   Главным источником подачи «фактов» о жизни Г.Е. Распутина в докладе церковных либералов стала книга бывшего монаха, создателя изуверской секты Сергея Труфанова «Святой черт» и художественные произведения в форме воспоминаний писательницы В.А. Жуковской, никогда лично не знавшей Г.Е. Распутина и использовавшей в качестве источников «произведения» того же С. Труфанова и атеиста А.С. Пругавина (повесть «Около старца»). Слово «Бог» Жуковская пишет с малой буквы.
   В докладе были полностью игнорированы выводы современной православной богословской и исторической науки, основоположником которой был великий подвижник русского Православия конца ХХ века митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычёв), доктор церковной истории. Своими богословскими и историко-философскими изысканиями владыка Иоанн открыл новый этап в развитии православной науки. Его труды «Самодержавие Духа: очерки русского самосознания)», «Oдоление смуты. Слово к Русскому народу», «Стояние в вере. Очерки церковной смуты)», «Русь соборная: очерки христианской государственности)» стали бесценным достоянием русской православно-национальной идео-логии наряду с трудами Нила Сорского, Иосифа Волоцкого, Серафима Саровского и Иоанна Кронштадтского.
   Владыка Иоанн воспитал сонм последователей и учеников, сформировал мощную научную школу, стал авторитетным духовным вождем нашей эпохи. Казалось бы, в докладе церковных либералов следовало бы опереться на авторитет владыки Иоанна. Но сторонники экуменизма и Всемирного совета церквей этого не сделали, так как знали о том, что владыка Иоанн положительно относился к личности Григория Распутина и считал его старцем. Церковные либералы не только проигнорировали авторитет великого православного ученого, но и позволили себе усомниться в компетентности доктора церковной истории.
   Более того, в докладе чувствовалась ревность к величию митрополита Иоанна. Докладчик и его помощники как будто вели спор с безвременно ушедшим подвижником Православия.
   Но владыка Иоанн и по сей день является духовным вождем национально-патриотического большинства Русской церкви, и, споря с ним, церковные либералы на самом деле спорили со всем церковным большинством. Пытаясь в своем докладе дискредитировать то направление, которое возглавлял владыка Иоанн, церковные либералы фактически стремились опорочить последователей великого православного подвижника.
   Меня удивило, почему вопрос о Распутине готовился втайне, о вынесении его на Архиерейский Собор не знали большинство его участников. Церковные либералы высказали мнение только одной стороны, сравнительно малочисленной части архиереев – либерально-обновленческого слоя Русской церкви. Того самого слоя, который многие годы противился канонизации Царской семьи. Слава Богу, слой либералов в Русской Церкви немногочислен, хотя он непропорционально значительно представлен в иерархии. Oснову Русской Церкви составляет национально-патриотическое большинство, которому высказаться не дали. Активность либералов и обновленцев в 2000-е годы, в связи с болезнью Патриарха Алексия, резко возросла. Совершенно отчетливо проявлялось их стремление установить либеральный контроль над Русской Церковью и оттеснить от кормила церковной власти представителей национально-патриотического церковного большинства.
   В случае с клеветническими выпадами против Григория Распутина интрига либерального меньшинства в Церкви очевидна. Как в начале XX века враги Христовой Церкви создали вымышленный образ Г.Е. Распутина, чтобы дискредитировать Царя, Русскую Церковь и монархию, так сегодня церковные либералы, пользуясь тем же приемом, пытаются дискредитировать национально-патриотическое большинство Русской Церкви и установить над ней контроль, подобный тому, который сейчас существует у католиков. Церковные либералы и обновленцы в своей среде по отношению ко всем последователям владыки Иоанна (Снычёва) используют ярлык «распутинцы» совершенно в том же смысле, как этот ярлык применялся противниками Русской Церкви в начале XX века к Царской семье и ее верным слугам.
    Содержание доклада, подготовленного церковными либералами, по сей день дискредитирует Русскую Церковь, вызывает у многих верующих недоверие к церковной иерархии, ее мудрости и справедливости, провоцирует раскол.
   Акценты и выводы, сделанные в докладе, имеют либерально-обновленческий характер отрицания традиционных ценностей Святой Руси и русской монархии. В недопустимом уничижительном и оскорбительном смысле подаются личности Царственных мучеников.
   В докладе намеренно с либеральных позиций игнорируются современные научные результаты изучения жизни Г.Е. Распутина, а также замалчиваются многие архивные документы, позволяющие объективно судить о духовной деятельности старца Григория.
   В докладе отсутствует серьезный богословский анализ взглядов старца Григория, вместо него используются маловразумительные штампы и ярлыки, опорочивающие православного подвижника.
   Собранные церковными либералами материалы повторяют клеветнические слухи, организованно распускаемые о старце Григории врагами русского Православия и монархии с целью расшатывания царской власти. Информационной базой выступления служат фальсифицированные источники, опровергнутые современной православной наукой, основоположником которой стал митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычёв).
   В докладе намеренно умаляется значение трудов владыки Иоанна для понимания поставленных на соборе вопросов.
   Составители доклада игнорировали добрые отзывы о старце Григории св. Иоанна Кронштадского, а также почтительное отношение к нему многих архиереев того времени – митрополита Питирима (Окнова), епископов Алексея (Дородницына), Алексея (Молчанова), Варнавы (Некропина), Исидора (Колоколова), Палладия (Добронравова) и др., огульно относя их без всяких оснований к людям «сомнительной репутации» и как бы соучастникам «темных дел» Г.Е. Распутина, пороча честь и достоинство русских священнослужителей. Церковные либералы также обходили молчанием почтительное отношение к старцу и многих современных архиереев – митрополита Иоанна (Снычёва), Питирима (Нечаева) и целый ряд других (имена их пока не называю), а также архимандрита Кирилла (Павлова), старца Николая Гурьянова, выдающегося духовного писателя о. Дмитрия Дудко, многих монахов с Афона, из Oптиной пустыни и других обителей. Клеветническое содержание доклада церковных либералов стало оскорблением религиозных чувств православного духовенства и мирян.
   В целом в докладе церковных либералов на Архиерейском Соборе 2004 года я увидел организованную политическую акцию внутренних врагов Русской Церкви, направленную на усиление их позиции в Русской Православной Церкви. Либералы, составляющие меньшинство в церковном народе, не прекращают попыток оттеснить от иерархического кормила представителей национально-патриотического большинства, дискредитировали их вождей, клеветнически пытаясь представить их последователями хлыста, пьяницы и развратника.
   Кощунственное выступление церковных либералов нанесло ощутимый ущерб Русской Церкви. Симптоматично, что враждебные России радиоголоса – Би-би-си, «Голос Америки», «Голос Израиля», «Свобода» и «Немецкая волна», все как один одобрили доклад церковных либералов «как попытку здоровых сил Русской Церкви дать отпор реакционерам и мракобесам» (Би-би-си, 12 октября 2000 г.).
   В наше время имя старца Григория Распутина стало своего рода лакмусовой бумагой, определяющей духовно-нравственную позицию православного человека, его отношение к Святой Руси. Люди, допускающие хулу на старца, не могут считаться стойкими христианами, ибо введены в соблазн и искушение враждебными Православию иудейско-масонскими источниками информации. Точно так же и по этой же причине совершали грех хулители священномученика Царя Николая II и его семьи. Все минется, одна правда останется. Все больше православных осознают духовное величие и жертвенный подвиг старца Григория. Ширится число приходов в Москве, Петербурге, Сибири и других регионах России, где старец почитается местночтимым святым и звучит акафист ему…

ссылка