Вот уже 36-й год 25 января и 25 июля я стараюсь смотреть все передачи посвящённые Владимиру Высоцкому. Вот уже 36-й год я НЕ ХОЧУ, чтобы его не было. Вот уже 36-й год, как и миллионы людей, я хочу разгадать, в чём же тайна этого бесконечно противоречивого и талантливого человека. С душой – нараспашку, и в то же время, замкнутого, и повёрнутого «внутрь себя». Так какой-же он этот неизвестный Высоцкий?… 




 Предлагаю Вам малоизвестную статью о самом большом увлечении Владимира Высоцкого.
«Владимир Высоцкий: 200 км в час по встречной»
Роскошные авто были для В.С. исключительно средством передвижения
22 июля 2010

«25 июля исполняется ровно 30 лет со дня смерти великого музыканта и поэта советской эпохи — Владимира Высоцкого. Сегодня мы отдаем память этому гению эпохи и рассказываем о самом главном его увлечении – автомобилях. После смерти в 1980 г. гения российской бардовской песни Владимира Высоцкого его личная жизнь в прессе обрастала все новыми и новыми неизвестными подробностями.
Но мы хотим поговорить о фактах, широкому кругу людей малоизвестных. В сферу увлечений поэта входили четыре главных хобби — спорт, подводное плавание, альпинизм и… безумная страсть к автомобилям.
По легенде, ходящей в близких к Высоцкому кругах, он так же, как и Олег Попов (королева Елизавета подарила ему в свое время Rolls-Royce), был обладателем чуть ли не первой иномарки в СССР, а именно двухместного Mercedes 350 Сoupe. Так оно и было, и именно этот автомобиль был засвечен в нескольких кадрах кинохроники. Но на самом деле после того, как Владимир Высоцкий первый раз сел за руль этого купе в возрасте 30 лет, он нарабатывал опыт вождения аж на семи (а может быть, даже восьми) автомобилях (по данным ГАИ – шести).
Разбил «Волгу» и познакомился с Мариной Влади

Впервые Высоцкий был замечен в 1967 г. за рулем серой «Волги». Ему безумно понравилось, и он четко для себя определил, что именно этот автомобиль может стать для него не только удобным средством передвижения, но и источником адреналина. Через год неопытный водитель Высоцкий свою 21-ю «Волгу» разбил и… познакомился с Мариной Влади.
В связи со знакомством она ему подарила очень стильную и красивую иномарку красного цвета, но история умалчивает, какая именно это была машина. Очевидцы вспоминают, что эта машина часто появлялась в районе Каретного Ряда («Где мой черный пистолет, на Большом Каретном»). Переулок находится как раз напротив нынешнего Управления ГАИ на Садовом кольце.
Ее дальнейшая судьба неизвестна, зато точно есть данные, что в 1971 г. он купил себе белый FIAT (так записано в воспоминаниях Валерия Золотухина). На самом же деле это был совсем не FIAT — он чуть ли не первым купил себе ВАЗ-2101 («копейка») с номерным знаком МКЛ 16-55. Сограждане поэта стояли за «Жигулями» в пятилетних очередях, но он, используя связи, смог приобрести машину вне очереди. Судьба «русского «Фиата» была недолгой — Владимир разбил его вдребезги после нескольких поездок за рулем. Как и свою первую «Волгу».
А Марина, видя Володино горе, привезла ему из Парижа Renault 16, полученный ею за съемки в рекламе. Высоцкий также разбил «Рено» в первый же день, въехав на остановке в автобус. Об этом эпизоде есть даже строки в книге Марины Влади, описавшей этот эпизод так: «Володя вернулся домой весь перевязанный и с «баклажанами» (синяками) на ногах».
Чудо-справка для чудо-пары
Renault 16 все-таки восстановили, но у авто были парижские номера, и по правилам тех лет ГАИ ее не выпускало далее 100 км от Москвы. В 1973 г. именно на этой битой машине Владимир и Марина совершили путешествие из Москвы в Париж (друзья сделали какую-то чудо-справку, и они смогли преодолеть границу). Там же, во Франции, они эту машину продали (после объявления в журнале Paris-Match: «Марина Влади продает машину… Спр. по тел…»).
Через год Высоцкий выехал с концертами в Германию и привез оттуда два BMW — один серый, другой — бежевый. Но один оказался среди угнанных, поэтому столичное ГАИ зарегистрировало лишь одну машину. Вторая стояла в гараже, хотя ездил Высоцкий на обеих — он просто переставлял номера с одного автомобиля на другой, и никто этого не замечал.
В конце концов, Интерпол поймал бежевый BMW, и он был отправлен обратно в Германию, а на сером В.С. уехал в Париж, где его и продал на ближайшем авторынке. Только лишь для того, чтобы осуществить свою давнюю мечту — приобрести Mercedes.
Так в 1976 г. у него появился «мерс» 1974 г. выпуска цвета «голубой металлик» (модель 450 W 116) — шикарный четырехдверный седан. Марина Влади привезла из Франции около 10 машин подряд для Володи, но их обязательно надо было увозить из СССР через год после ввоза (таковы были правила), но только Mercedes наконец-то стал первой для Высоцкого иномаркой, официально зарегистрированной в Москве.


 

Кстати, именно этот «мерс» был первым, который появился в картотеке ГАИ. Еще один был у Брежнева, а спустя месяц появился у Сергея Михалкова. Кстати, цвет «серый металлик» был выбран В.С. в пику машине Брежнева — он просто хотел доказать, что он ничем не хуже генсека. Складывается впечатление, что Владимир Высоцкий предчувствовал, что у него будет такой автомобиль еще в 1967 году, когда была написана «Песня о двух красивых автомобилях». Там есть такие строчки:
…Нет, развилка как беда,
Стрелки врозь — и вот не здесь ты.
Неужели никогда
Не сближают нас разъезды?
Этот сходится, один,
И, врубив седьмую скорость,
Светло-серый лимузин
Позабыл нажать на тормоз.
А в конце 1979 г. у Высоцкого нарисовались еще одни гастроли в Германию, после которых он купил спортивное двухместное купе Mercedes 350 желто-коричневого цвета. Но до Москвы он на нем не доехал: на строящейся к Олимпиаде магистрали Москва — Брест сразу за Минском на скорости около 200 км/ч он не справился с управлением и, выехав на встречную полосу, он улетел в кювет.
Улететь – не умереть
Всем машинам Высоцкого была уготована одна участь — почти все они были разбиты вдребезги. Друзья В.С. говорят, что гонял Владимир страшно — менее 200 км/ч он не ездил. Серо-голубой он разбил, въехав то ли в автобус, то ли в троллейбус (в очередной раз ему не повезло с этим видом транспорта), а «шоколадку» восстановили… но уже после его смерти. Из автосервиса машину так никто и не забрал…
За несколько дней до смерти Высоцкого его видели за рулем красной «копейки». Судя по всему, эта машина была одолжена у кого-то из друзей, но о ее судьбе ничего неизвестно. Кстати, некролог на несколько строк после кончины В.С. 25 июля появился лишь в газете «Вечерняя Москва». За что через пару дней был уволен главный редактор газеты.

Дмитрий Шавырин»

А это совсем неизвестные широкой публике факты. И не менее интересные.

2008.01.25
Неизвестный Высоцкий

«К 70-летию со дня рождения Владимира Высоцкого публикуем малоизвестную информацию о службе В.В. в Советской Армии.
Верить в это или нет — вопрос, конечно, не простой.
А дело было так. В далёком 1980 г., будучи лейтенантом — выпускником военного училища, я попал служить в гвардейский ракетный полк, который дислоцировался в Белоруссии. Полк имел славные боевые традиции и считался элитным в Ракетных войсках стратегического назначения. Уже тогда от ветеранов — очевидцев я чисто случайно услышал историю о Высоцком, который служил в этом полку. Честно говоря, я в это не поверил, и этот эпизод меня что называется «не зацепил». Однако моя офицерская судьба сложилась таким образом, что через несколько лет я вернулся в этот самый полк уже в другом звании и должности. В это время в полку началась целая эпопея по возрождению истории Боевой славы полка, так как часть прошла перевооружение на новый секретный ракетный комплекс «Пионер» и, естественно, все исторические сведения полка стали восстанавливаться.
На боевой стартовой позиции буквально из болота стали извлекать легендарную «Катюшу» (БМ), но работы по её восстановлению успехом не увенчались (перед перевооружением полка на ракетную технику, полковые «Катюши» просто затапливали в ближайших болотах). Подвижную часть БМ стали искать по окрестным деревням, и каково же было удивление, когда в одном сельском дворе был обнаружен армейский ЗиС времён Отечественной войны, а рядом находился остов немецкого танка «Тигр». Памятник «Катюше», которыми ранее был вооружён полк, всё-таки восстановили и установили на пьедестал. Из-под пола старого полкового клуба извлекли учебные снаряды установки БМ и установили их в музее. И вот тут-то вспомнили о Высоцком!
Ветераны полка, ещё раз подтвердили историю о службе Владимира Высоцкого в полку, во что, честно говоря, верилось с большим трудом до тех пор, пока взору не предстала потрёпанное фото, на котором был запечатлён Владимир Высоцкий со своими сослуживцами. В те времена ещё не могли подделывать фотоснимки, да и просто необходимости никакой в этом не было. Проверяли и перепроверяли неоднократно, но именно на это время приходится незначительный пробел в биографии Высоцкого. Майор, который слыл в полку молчаливым мудрецом, нехотя подтвердил историю о Высоцком, заметя при этом, что надобности сочинять или придумывать о Высоцком, у него абсолютно нет. Ладно бы он был единственным свидетелем, возникли бы сомнения, но таковых свидетелей было более десятка, да ещё и фото, на которой Высоцкого перепутать было невозможно.
«Ну, а как вы тогда относились к этому человеку?» — спрашивали мы, молодые лейтенанты, у офицеров — ветеранов. «Кто же знал, что из него будет тот самый Высоцкий, о котором теперь все мы знаем. Да и как в армии можно относиться к «раздолбаю» с гитарой и с его «блатными» песнями в солдатской курилке? Мы тогда даже не подозревали, что это такая звезда будущего, старшина гонял, такие песни не поощрялись, тем более в армии. Так и называли его — «артист», хотя никто тогда его в этом качестве и не знал» — отвечали офицеры. Ветераны на эту тему говорили нехотя, как бы осознавая свою вину, что не смогли распознать в нём того самого Высоцкого, кем он стал в последствии.
Что же было дальше? Этот вопрос нас интересовал особо, тем более это было в том самом 1980 году, когда Высоцкий ушёл из жизни. Конечно, порою нас одолевали сомнения, тот ли это Высоцкий, на что нам отвечали однозначно: «Именно тот, не сомневайтесь. Он тут надолго не задержался, перевели и сразу уволили, тем более часть уже тогда стала особо секретной».
То самое фото поместили в полковом музее, но как только прибыл в часть начальник политотдела дивизии и увидел его, тут же приказал немедленно убрать снимок из «моральных» соображений. Замполит полка рассказал ему историю о Высоцком, на что полковник заметил, что он не хуже его знает об этом, но пока, мол, не место Высоцкому среди героев войны в музее. Хозяин фото (майор) забрал его и оскорбившись, больше никому его не показывал. Куда, впоследствии, делось фото вместе с майором, неизвестно. В те времена офицеры из соображений серьёзной секретности ракетных частей долго не засиживались на одном месте, кидали по всему Советскому Союзу. Жаль, что в те годы по малодушию мы так несерьёзно отнеслись к этой истории».

И в заключение – ещё одно интервью.
Газета «Известия» опубликовала уникальный материал — расшифровку интервью, которое 14 сентября 1979 года на Пятигорской студии телевидения взял у Владимира Высоцкого журналист Валерий Перевозчиков. С тех пор Валерий выпустил несколько книг, посвященных великому барду, — «Живая жизнь», «Правда смертного часа», «Посмертная судьба», «Неизвестный Высоцкий»… Есть тексты, которые надо не просто читать, но слышать. Прислушайтесь — это живой голос Владимира Высоцкого. Передача была показана всего однажды — в октябре 1979-го — по второй программе Пятигорского телевидения. Горьким летом 1980-го основную часть видеозаписи стерли…

Вопрос: Владимир Семенович, для начала мы всегда предлагаем гостям вопросы нашей традиционной анкеты. Первый из них — какова отличительная черта вашего характера?
ответ: Что приходит первое на ум — это желание работать… Как можно больше работать. И как можно чаще ощущать вдохновение. И чтобы что-то получалось…
в: Ваше представление о счастье?
о: Это я вам могу сказать. Счастье — это путешествие. Может быть, в душу другого человека, путешествие в мир писателя или поэта… Какие-то поездки, но не одному, а вдвоем с человеком, которого ты любишь, мнением которого ты дорожишь.
в: Человеческий недостаток, к которому вы относитесь снисходительно?
о: Снисходительно? Физическая слабость.
в: Недостаток, который вы не прощаете?
о: Их много. Я не хочу перечислять, но… Жадность. Отсутствие позиции, которое ведет за собой очень много других пороков. Когда человек сам не знает — не только, чего он хочет в этой жизни, а когда он не имеет своего мнения или не может рассудить о предмете, о людях, о смысле жизни — да о чем угодно! — сам, самостоятельно. Когда он либо повторяет то, что ему когда-то понравилось, чему его научили, либо неспособен к самостоятельному мышлению.
в: Что вы цените в мужчинах?
о: Сочетание доброты, силы и ума. Я когда надписываю фотографии пацанам, обязательно пишу: «Вырасти сильным, умным и добрым». Вот такое сочетание.
в: Что вы цените в женщинах?
о: Ну, скажем так, я бы написал: «Будь умной, красивой и доброй». Красивой — необязательно внешне, как вы понимаете.
в: Если бы вы не были Высоцким, то кем бы вы хотели стать?
о: Высоцким! Нет, вы не поймите… Однажды очень знаменитый человек появился в одной компании в Москве, и все окружающие договорились: «Давайте посчитаем — сколько раз за первую минуту он скажет слово «я». За первую минуту — по секундомеру — было семь раз, за вторую — восемь… Я боюсь впасть в эту самую крайность, но, если мы начнем разговор обо мне, тогда я вынужден буду гово-рить «я, я, я, я…» Я это не очень люблю.
в: Ваше любимое изречение, афоризм…
о: Вы знаете, у меня есть один друг, известный кинорежиссер и литератор, он сам пишет сценарии, статьи в газетах, вел передачу по телевидению, это Саша Митта. Он считает, что каждый человек обязан выписывать, запоминать афоризмы. Я никогда этим не занимался. Я только помню: «Veni, vidi, vici», то есть «пришел, увидел, победил». Это приятно… Хорошее изречение.
в: Насколько искренне вы отвечали?
о: Абсолютно! Вы понимаете, нет смысла мне отвечать неискренне. Я сюда пришел вовсе не для того, чтобы кому-то нравиться. Я пришел сюда, чтобы правду ответить на интересующие вас вопросы. Мне нет смысла ни лгать, ни подхалимничать сейчас, ни притворяться. Хотите — верьте, хотите — нет. Я во всех своих выступлениях, во всех беседах, даже дома стараюсь разговаривать искренне…
в: Вы сказали однажды: «Я в отличие от других поэтов…» Вот я тоже вас считаю поэтом по преимуществу, а вы кем себя считаете?
о: Вы знаете, сложно очень ответить на этот вопрос. Я себя считаю тем, кто я есть. Я думаю, сочетание тех жанров и элементов искусства, которыми я занимаюсь и пытаюсь сделать из них синтез, — может, это даже какой-то новый вид искусства. Не было же магнитофонов в XIX веке, была только бумага, теперь появились магнитофоны и видеомагнитофоны. Вы спросили: кем я себя больше считаю — поэтом, композитором, актером? Вот я не могу вам впрямую ответить на этот вопрос. Может быть, все вместе это будет называться каким-то одним словом в будущем, и тогда я вам скажу: «Я себя считаю вот этим-то». Такого слова пока нет. Если упростить вопрос, то больше всего я работаю со стихом, безусловно. И по времени, и чаще ощущаю эту самую штуку, которая называется вдохновением, которая сядет тебе на плечо, пошепчет ночью, где-то к шести утра, когда изгрыз ногти и кажется, что ничего не выйдет, и вот оно пришло…
в: А когда появилась гитара?
о: Вы знаете, гитара появилась, совсем случайно и странно… Я давно, как все молодые люди, писал стихи. Писал много смешного. В училище театральном я сочинял громадные капустники, которые шли по полтора-два часа. У меня, например, был один капустник на втором курсе — пародии на все виды ис-кусства: оперетту, оперу… Мы делали свои тексты и на темы дня, и на темы студийные, и я всегда являлся автором. То есть занимался стихами очень давно, с детства. Гитара появилась так: вдруг я однажды услышал магнитофон, тогда они совсем плохие были, магнитофоны, — сейчас-то мы просто в отличном положении, сейчас появилась аппаратура и отечественная, и оттуда — хорошего качества! А тогда я вдруг услышал приятный голос, удивительные по тем временам мелодии и стихи, которые я уже знал, — это был Булат. И вдруг я понял, что впечатление от стихов можно усилить музыкальным инструментом и мелодией. Я попробовал это сделать сразу, тут же брал гитару, когда у меня появлялась строка. И если это не ложилось на этот ритм, я тут же менял ритм и увидел, что даже работать это помогает, то есть сочинять легче с гитарой. Многие люди называют это песнями. Я не называю. Я считаю, что это стихи, исполняемые под гитару, под рояль, под какую-нибудь ритмическую основу. Я попробовал сначала петь под рояль и под аккордеон, потому что, когда я был маленьким пацаном, меня заставляли родители из-под палки — спасибо им! — заниматься музыкой. Я немножко обучен музыкальной грамоте, хотя, конечно, все забыл, но это дало мне возможность хоть как-то, худо-бедно, овладеть этим бесхитростным инструментом — гитарой. Я играю очень примитивно, и иногда, даже не иногда, а часто, слышу упреки в свой адрес по поводу того, почему такая примитивизация нарочитая. Это не нарочитая примитивизация, это — «нарочная». Я специально делаю упрощенные ритмы и ме-лодии, чтобы это входило сразу моим зрителям не только в уши, но и в души, чтобы мелодия не мешала воспринимать текст, то, что я хотел сказать. Вот из-за чего появилась гитара. А когда? Уже лет 14. После окончания студии.
в: Судя по всему, вы очень цените прямой контакт со зрителем?
о: Безусловно, больше всего, больше всего…
в: И совсем недавно, после того как Театр на Таганке с таким успехом выступил в Париже…
о: Откуда вы знаете, с каким успехом он выступил?
в: В газетах было.
о: Мне кажется, что как раз это не очень широко освещалось в газетах. Успех действительно был колоссальный: за последнее время ни один драматический театр, не только наш, но и в мире, не может похвастаться таким успехом, как Таганка. Пожалуй, только Питер Брук со своим спектаклем, где они играли на трапециях, — по-моему, «Сон в летнюю ночь»…
в: Говорят, три концерта вы дали в Париже?
о: Было три концерта, да. Значит, если очень коротко: мы сыграли за сорок дней несколько спектаклей, которые привезли. Я играл там «Гамлета», я играл там «Десять дней, которые потрясли мир». Мы привезли четыре спектакля, значит, я был занят в половине репертуара. Потом театр уехал в Москву, а я давно уже получил приглашение сделать несколько выступлений в Париже, и чтобы несколько раз не выезжать (с одной стороны — время, а потом — накладно), мы решили сделать просто: я ос-танусь, и мы сделаем эти выступления. Вообще, я вам скажу, история этой поездки странная. Сначала был ве-чер поэзии советской, и я попал в число приехав-ших поэтов. В громадном зале на семь тысяч человек, при громадном скоплении народа был этот вечер. Потом вечер кончился, приехал театр, и тут я стал выступать как актер. А потом уже, когда уехал театр, я стал выступать как автор и исполнитель своих песен. Все три зала были разные. Последний — очень смешной. Они мне отдали зал, в котором работают начинающие певцы. Он очень остроумно сделан: сцена выдается таким мы-сом. Если мало людей, то в этот сегмент, который образуется перед сценой, сажают всех зрителей. Если людей побольше, они могут немножечко отодвинуть сцену — тогда тоже вроде полный зал. А если уж действительно полный зал, тогда они совсем ее отодвигают. Это очень остроумно сделано, чтобы не травмировать начинающих певцов, у которых иногда в зале бывает два человека, которых он сам и пригласил. У меня могла случиться такая же история, пото-му что расклеили афиши накануне вечером — желтенькие такие листочки — только в этом районе. Зал назывался Элизе Монмартр. И в первый день у меня вдруг оказалось 350 человек, на что никто не рассчитывал. И забегал директор-француз, ничего не понимающий, что я пою: как могло получиться, что оказалось больше половины зала людей?! Это не может быть! Не было рекламы, ничего… На второй день у меня было человек 500, а в третий!.. Короче говоря, мы не пустили то же число людей, которое было в зале. Так прошли эти концерты. То есть я считаю, что они прошли с большим успехом. Во всяком случае, французы говорят, что это невероятно.
в: Французская публика поняла ваши песни?
о: Я подумал сначала, что в зале все больше любители русского языка и русской словесности. Возможно, так оно и было. Но на последнем концерте, по опросу (это очень просто делается, там несколько ребят студентов-социологов, они взяли и опросили), оказалось, что из 960 человек, которые заполнили зал, 600 вообще не говорят и не понимают по-русски. Был маленький перевод, буквально на 20 секунд. Я пел в сопровождении своего гитариста, с которым я уже записал несколько дисков, и из симфонического оркестра — французского, национального — у меня был басист. И я с гитарой. Работал я без перерыва час двадцать, потому что жутко не люблю делать перерывы. Я считаю, что для авторской песни перерывы не нужны, потому что только-только установишь контакт с людьми, вот только это самое, чего не ухватишь ни носом, ни ухом, ни глазом, а каким-то подсознанием, шестым чувством, — вот этот контакт, который случился, — надо перерыв делать, все пойдут в буфет… Я это не люблю очень. Поэтому я такой прессинг устроил, за час двадцать я успел спеть около 30 вещей. И я вам должен сказать, что прием мало чем отличался от того, что бывает здесь. А на некоторые вещи была реакция намного сильнее, чем здесь, в Москве. Знаете, нет проро-ка в своем отечестве… Москвичи знают, что я всегда тут, под боком, что можно пойти в театр, услышать, увидеть, тем более что у нас есть новый спектакль, где я пою, называется «В поисках себя». А там они знали, что, может быть, никогда больше не придется послушать, и в благодарность они просто демонстрацию мне устроили за исполнение некоторых вещей.
в: Какие песни французская публика понимала и принимала больше, чем остальные?
о: Во-первых, стилизации обязательно. «В сон мне желтые огни» — такая стилизация на цыганские темы. Но самое ценное не это. Если по на-званиям, я вам скажу: «Натянутый канат» — песня, которая принималась лучше всего. Песни с напором и отдачей — после которых надо вытирать влагу. И, как ни странно, некоторые вещи куплетной формы. Ну предположим, такая шу-точная песня «Ой, Вань, смотри, какие клоуны…». То есть такие, где есть характеры, где я имел возмож-ность актерски чего-то проиграть. Их это очень забав-ляло. Они сразу хватались за текст (к этому времени моя пластинка там уже вышла) и начинали смотреть, в чем же там дело, и запоздало хохотали. Начинается следующий куплет, а в зале хохот, потому что они успели прочитать… Короче говоря, я не могу что-то особенно выделить. Вы знаете, от зрителя тоже многое зависит. Зачем человек пришел? Если он пришел для того, чтобы потом рассказать знакомым: «Я такую ерунду смотрел», — он так и смотреть будет. Если он пришел совсем непосвященный, тут уж зависит от того, что происходит на сцене. А есть еще и обратный эффект — изумительный! Когда человек пришел для того, чтобы ему понравилось. И тебе остается сделать вот столько еще для того, чтобы это случилось.
в: Расскажите о новом спектакле «В поисках себя».[an error occurred while processing this directive]
о: Спектакль очень странный. Это даже не спектакль, это новое зрелище. Я считаю, что мы придумали новую форму театрального действа. Нам вдруг стало досадно в какой-то момент, что все, что мы пишем для фильмов, для театров других или для спектаклей, которые сходят со сцены, — все пропадает. Получается, что это работа в корзину. И мы решили из этих вещей, которые исчезнут навеки и которые якобы привязаны к определенному фильму, спектаклю или там передаче телевизионной, сделать спектакль. Или концерт, не знаю, как хотите назовите. Сначала он был с объяснительным текстом, я его произносил. Потом Любимов придумал привозить с нами макет нашего театра, освещать его одним маленьким фонарем: на меня ставят красный свет, Золотухину — он играл в кино милиционеров, — на него врубают такую зеленую бумажку, — ему, значит, везде открыта дорога… Мы можем этот спектакль — почему он нам удобен — возить в любое место, в любой город. Смотрят его с громадным интересом и удовольствием везде. Сначала были люди в не-доумении, но сейчас в Москве, я думаю, что это самое популярное зрелище. На него так же трудно попасть, как на «Мастера и Маргариту». На которые приходит очень много людей, а после первого акта человек 50 уйдут, потому что ни черта не понимают, а пришли, потому что достали билеты. В основном это работники торговли. Я однажды пришел к одному работнику торговли — мне нужно было к празднику что-нибудь. Меня представили. Я так робко ему говорю: «Хотите пару билетов на премьеру? Просто в благодарность вам за то, что вы мне быстро, без потерь времени поможете решить вопрос стола — сегодня у меня гости». Он на это мне со скучным лицом (он, по-моему, язвенник) достал вот такую пачку пропусков — в Дом кино, в Дом литераторов, на все просмотры фильмов, на Таганку — куда угодно… И я понял, что предложить мне ему нечего. «Ну и от вас мне ничего не надо». И ушел. Это я к чему рассказал? Что этот самый спектакль очень популярен и думаю, даже эти самые работники торговли туда с трудом попадают сейчас…
в: Какой вопрос вы бы хотели задать самому себе?
о: Я вам скажу… Может быть, я ошибусь… Сколько мне еще осталось лет, месяцев, недель, дней и часов творчества? Вот такой я хотел бы задать себе вопрос. Вернее — знать на него ответ.

 

Нет, в заключение будет один вопрос Марине Влади и её ответ.
Корреспондент: Вам по-прежнему не нравится памятник на его могиле?

Марина Влади: Не по-прежнему, а навсегда. Это какое-то уродство — карлик с гитарой над головой. В своем спектакле я говорю, что хотела бы поставить на Володиной могиле метеорит, который мне подарил геологический музей Советского Союза. И художник Давид Боровский сделал очень красивый макет с метеоритом, на котором написано «Высоцкий» и даты его жизни. Удивительно красиво и имеет смысл — по небу пролетела звезда…

 

via